Глава 6: Вера и деньги

-О-о-ох... Моя голова... - Леон приложил руку к буквально горящему лбу и стал лихорадочно вспоминать события предыдущих нескольких часов.
Агент провёл рукой по лицу, снимая дремоту и с недовольством заметил, что каждый мускул отдаёт несильной болью.
-Что произошло?.. Где я?.. Сколько сейчас времени?..
Он приподнялся на локтях и сел, осматривая своё убежище. Всё вокруг было черезчур размытым, словно через мутное стекло. Леон протёр глаза и осмотрелся снова. Стало чуть лучше, но всё равно дальше своих рук ничего не было видно. Агент скинул всё на то, что он просто черезчур изнурён и не до конца проснулся. Он потянулся и глубоко зевнул...
-Чёрт! - что-то сильно ударило по его груди, выбив из лёгких весь воздух и сковав его в железных объятъях. Он схватился за распирающуюся изнутри грудину и попытался вздохнуть, как что-то снова пнуло его изнутри, повалив на пол.
 «НЕТ! ТОЛЬКО НЕ СНОВА! Пожалуйста, Боже, только не снова…!»
Агент до боли в челюстях стиснул зубы и, борясь с неотступающей болью, встал на ноги. Кровь заструилась по венам, грозя порвать их изнутри, а сердце билось настолько сильно, что от стука заложило уши. Леон только встал, как по телу прошлась судорога, бросив его к стене. Он схватился за занозистое дерево и почувствовал, что кожа изнутри словно горит. Посмотрев на вытянутые руки он увидел, что по ним бегут кроваво-чёрные, стремительно набухающие вены, словно корни причудливого дерева расползающиеся по всему телу.
 «ЧТО ЭТО?!?!?»
Тело изнутри прорвала волна невыносимой боли и Леон почувствовал, что скоро перестанет быть человеком. Крик боли перешёл в вопль агонии, и он...
И он резко вскочил на ноги, сбив стоящий неподалёку столик. Он всё ещё часто и тяжело дышал, всё тело покрыла ледяная испарина.
-Я... - он, боясь смотреть на вниз, пощупал себя. - Я...
Боли как будто и не было. Он решился посмотреть на себя, но не заметил ничего страшного.
-Я... в порядке?
Он почуствовал, что боли и усталости почти что нет, руки в порядке, кровь циркулирует по венам как всегда, а желудок недовольным урчанием сигнализирует то, что давно пора подзарядиться.
-Просто сон. Просто дикий сон, - он огляделся, увидел раскиданную всюду в припадке мебель и грустно констатировал, - Ужасно реалистичный дикий сон.
За окном что-то грохнуло и ударило по крыше частой дробью холодного дождика. Началась гроза. Но это снаружи, а сейчас Леон был в тёплом и сухом домике. Почти полностью обсохший и отдохнувший, разве что чертовски голодный, агент американского правительства ощутил прилив сил и полную готовность продолжать свой путь. "Черезчур пафосно..." - отследил путь своих мыслей Кеннеди: "Хорошо, что никто не услышит".
Леон разогнулся, потянулся вначале налево, разминая позвонки, потом направо. Похлопал себя по щекам и, сложив руки замком, вытянулся в длину. Когда позвонки хрустнули в очередной раз, сигнализируя, что разминка окончена, он размяк и блаженно улыбнулся. Потом посмотрел на себя и похлопал по ремням, застёжкам, ножнам и кобуре с подсумками, убеждаясь, что всё на месте, и никто ничего не украл.
"А то, чего доброго, после куртки и спецовку стащат. Тогда вообще Тарзаном стану".
Он вытащил насквозь мокрый пистолет и, наклонив кобуру, вылил оттуда всю воду. Ничуть не смутившись, он раскрывал все карманы, кармашки и подсумки, освобождаясь от излишком влаги. Отодвинув ствольную коробку пистолета, от вылил из ствола всю воду и, проверив патрон в патроннике, поставил его на предохранитель. Ничего страшного, что пистолет словно из стиральной машины достали. Конструкция пистолета USP Tactical предполагает водо и пылестойкость. А если ещё учитывать, что  у Леона в руке был редкий кастомный USP, модернизированный под патрон девятого калибра, то будет удивительно, если он не выстрелит. Чего не скажешь о дробовике. Агент снял Ремингтон с плотно затянутого ремня и, повращав его в руках, вылил изнутри пару литров воды, потом вытащил все насквозь промокшие и немного набухшие изнутри патроны. Если само ружье в самом скором времени оклемается, то порох в картриджах промок безвозвратно.
-Мда-а-сь... - задумчиво протянул Леон, вытащив последний патрон и кинув его на пол. - А нафига я, получается, их экономил?
Закончив разбирать свой скромный инвентарь, он решил ещё раз рассмотреть своё прибежище. Первым делом в глаза бросались разбросанные стулья, которым не повезло попасть под горячую руку Леона, и единственно уцелевший стол, на котором стояло что-то блестящее. У дальней стенки стояла небольшая печка, от которой волнами расходилось тепло и мягкий свет. Неподалёку стояла необычно грязная для столь аккуратного убранства кровать. На её белоснежной, но немного примятой простыни пятнами лежала какая-то бурая грязь. Или это была кровь? Агент решил не задавать лишних вопросов и подошёл к столу.
-С Новым Годом! - радостно проронил Леон, осматривая оставленные кем-то подарки.
На столе лежало две гранаты, обесцветившаяся со временем коробка девятимиллиметровых патронов и небольшой квиточек бумаги. Начать Леон решил с последнего.

«За  водопадом находится очень важный для тебя предмет. Если ты это читаешь, то, наверное, уже стемнело. Будь осторожен. Las Plagas активизируется ночью. Яркий свет для них губителен, пользуйся этой слабостью. У офицеров сопровождения была парочка гренок-слепух, мне они ни к чему, так что юзай на здоровье! И, да, отрываю от сердца самое дорогое. Я побрезговал копаться в твоих кармашках, но ты навряд ли будешь против дополнительных патронов к пистолету. Si, американец? А насчёт того, что с тобой происходит...
Если бы хоть что-то было в моих силах, я бы непременно помог. А так звиняй».

Леон положил записку обратно на стол и задумался.
«Так они действительно мне что-то… чертовы засранцы!!! Мать… Кашель с кровью и постоянные судороги. Просто блеск. А кто здесь был-то? Луис? Он был здесь, когда я отключился? Боже, это просто бред. Мне лучше двигать отсюда… Чем быстрее, тем лучше. У меня есть небольшой разговорчик к кое-кому».
Леон перестал сотрясать воздух своими мыслями и начал разбирать оставшиеся предметы. Он взял гранату и, подбросив её в руке, приерялся к её весу. Окрашенная нежно-голубым цветом, она приятной тяжестью лежала в ладони. Обычная полицейская светошумовая граната, которую используют, когда надо обойтись без лишних смертей. Оглушительный хлопок и ослепительная вспышка - этого хватает, чтобы вывести человека из чувств всерьёз и надолго. Потом Леон взял в руки коробку с пистолетными патронами. Протёртое со временем дно мигом отвалилось, вывалив всё содержимое на стол.
-Отрываю от сердца самое дорогое... - иронично протянул агент, недоверчиво косясь на местами проржавевшие пули.
Забыв про брезгливость, он вытащил из пистолета почти пустой магазин и забил его патронами доверху. Потом провёл такую же процедуру с остальными двумя магазинами, лежащими у него в подмышечном подсумке, а остальные несколько патронов положил в карман. Только полные идиоты выкидывают отстрелянные магазины, как это делают в кино и играх. На самом деле магазин или обойма столь же важны, как и патроны в них. Ведь глупо набивать патронами оружие прямо в пылу перестрелки.
Из штанов что-то громко пикнуло, и Леон от неожиданности выронил магазин. Агент едва слышно выругался и вытащил рацию. Увидев на мониторе разгневанную Ханниган, он едва не пожалел, что вообще ответил.
- Леон С. Кеннеди! - недовольно протянула девушка с едва заметной ноткой облегчения в голосе. - Прошло шесть часов со времени вашего последнего выхода на связь.
- А тебе что, стало одиноко? - грубо отшутился агент. Ханниган в ответ только насупила брови. - Ладно-ладно. Я просто ненадолго вырубился. 
Вначале Ханниган пыталась уловить смысл этого дикого сленга, а потом выражение её лица связной сменилось на легкую обеспокоенность.
- То есть, потеряли сознание? - она замолкла, пребывая в раздумии. - Возможно, это как-то имеет отношение к тому, о чём говорил староста деревни… 
- Да-да, конечно-конечно, - отрезал Леон. - Но сейчас же со мной всё в полном порядке! А-а... А-а... АПЧИХ! И я продолжаю выполнение задания, - Леон заметил, что Ханниган вновь скосила бровки и хочет сказать ему что неприятное, поэтому он поспешил ретироваться. - Это был Леон, конец связи.
Леон спешно вернул рацию обратно в штаны и облегчённо выдохнул. Потом достал с пола выроненный магазин, засунул его в пистолет и, слегка дёрнув за ствольную коробку, дослал патрон в патронник. Затем он вытащил из кармашка небольшой тактический фонарик на девять вольт, включил его и прицепил к ремню. Закончив все приготовления, он прощальным взглядом окинул столь уютное укрытие и, раскрыв тугую скрипучую дверь, вышел на улицу.
С затянутого тяжёлыми тучами ночного неба часто падали крупные, тяжёлые капли. На горизонте изредка сверкали молнии. Дождевая вода вновь смачивала почти высохшую шевелюру Леона и затекала за шиворот, заставляя постоянно поёживаться от холода. Влажная рукоять пистолета соскальзывала с постепенно коченеющих ладоней. Только редкие факелы освещали путь тёпло-оранжевым светом горящего бензола (или чем ещё их смачивают, чтобы под дождём не тухли?), да неровный электрический лучик фонарика. Да вдобавок ещё оказалось, что простуда никуда не делась, и временами агент останавливался только для того, чтобы сдержаться и не чихнуть на всю округу.
Тропинка начала вести немного вверх, через деревья к воротам, и когда Леон прошёл под ними, дорожка из зажжённых факелов кончилась, и в полной темноте с ним остался только издевательски слабый фонарик. Неизвестно, насколько сильно начал бы сквернословить агент, если бы он не услышал где-то неподалёку рёв падающей воды. Окрылённый тем, что так быстро добрался до пункта назначения, он перешёл на быстрый шаг, а потом и вовсе на бег, как...
*БУМС*
Леон сильно ударился во что-то мягкое и, по инерции пробежав пару метров, затормозил.
-Стоять! - отчеканил Кеннеди, обернувшись и взяв неизвестного на мушку.
Там, под проливным дождём, в слабом свете фонарика, стоял какой-то мужчина. Он продолжал стоять спиной к агенту, словно не заметил того, что парой секунд ранее в него кто-то врезался на полном ходу.
-Луис? - спросил Леон, немного опустив ствол и всматриваясь сквозь пелену темноты в человека. Тот не проявлял признаков агрессии. В данной ситуации - уже неплохо.
Мужчина, наконец-то услышав американца, начал медленно поворачиваться. Это был не Луис. И первое, что увидел Кеннеди, были глаза. Два светящихся недобрым красным цветом пятнышка, с очерченными внутри них чёрными пятнышками зрачков. Его пошатывало и дёргало, словно в судорогах. Голова дёргалась то в одну сторону, то в другую, но глаза продолжали преследовать агента, не отрываясь ни на мгновение. Перед тем, как Леон успел сообразить хоть что-либо ещё, как глаза мужчины начали натурально вылезать из орбит. А потом его голова на мгновение раздулась, и со смачным хлюпом взорвалась, раскидав по окрестностям обрыки кожи, части костей и литры крови. Леон, покрытый свежей кровью сверху донизу, настолько ошалел от такого поворота событий, что первое время даже принял это за ещё одно наваждение. А два огненно-красных глаза продолжали смотреть на агента, не отрываясь ни на миг. Два висящих на шмотке мозгов и обрывке позвоночника кровавых огонька. "Если ты это читаешь, то, наверное, уже стемнело. Будь осторожен. Las Plagas активизируется ночью" - вспомнились слова, которым ранее он не придал ни грамма значения. Если бы Леон был просто агентом спецслужб, как все его сослуживцы, то он бы просто сошёл с ума от столь фантасмагоричного зрелища. Но закалка, датируемая девяностовосьмым годом, когда он оказался в городке, наполненным чудовищами, словно сошедших с кинолент Ромеро и ещё кем похуже, позволила ему сохранить рассудок в относительной норме. Мало того, агент скоро взял себя в руки и, вновь подняв пистолет, спустил курок.
Раздался быстро потонувший в рёве падающей воды выстрел. Пуля, вылетев из ствола, просвистела в воздухе, и, войдя в розоватую массу мозгов, вышибла оттуда крупный кусок плоти вперемешку с бурой кровью. Уже не человек, существо немного пошатнулось, но через секунду вновь уставилось на Кеннеди своими глазами и тяжело ступило в его сторону. Агент попятился назад, одновременно с этим выстрелив во второй раз, и в третий, и четвёртый. Леон не заметил, как начал, почти не целясь, просто высаживать пулю за пулей. А существо так и шло, не обращая внимания на рвущие его в куски выстрелы. Наконец, патроны в обойме закончились, и ствол остановился на задвижке.
-Когда же ты сдохнешь?! - гневно проорал Леон, вытаскивая из подсумка ещё один магазин.
А существо на мгновение остановило свой ход. Агент только смерил его надменный взглядом победителя, как из его недр в воздух вынырнуло щупальце. Вспыхнула молния, и в раскате грома агент заметил блеснувшее на конце устремившегося в воздух щупальца изогнутое лезвие. Оно вспороло воздух круговым узором и устремилось в Леона. Тот замешкался, и увернулся лишь в последний миг. Лезвие просвистело в воздухе и ударило в дерево за агентом, начисто отрезав несколько веток и воткнувшись в ствол.
-Ничегосе... - протянул агент, увидев, с какой лёгкостью лезвие отрезало толстенные ветки.
Щупальце напряглось и, со звоном вынув лезвие из дерева, вновь направило его в сторону Леона. Оно витало в воздухе, готовясь ударить по американцу откуда угодно. Кеннеди медленно пятился назад, не отводя взгляда от кружащего повсюду лезвия. Под ногой агента хрустнула отломленная ветка, и лезвие устремилось прямо ему в грудь. Леон отпрыгнул назад, и лезвие, пролетев между туловищем и рукой, ударило в лужу. Агент, воспользовавшись промахом противника, развернулся и рванул прочь, огибая деревья, перепрыгивая кусты и боясь обернуться.
Когда от усталости ноги почти что начали отниматься, он рискнул остановиться и обернуться. Сердце бешено перекачивало галлоны крови, изо рта в воздух вылетали облачка пара. Преследователя за спиной не было. Облегчённо выдохнув, Леон вытер со лба холодный пот и, соскользнув по стволу дерева вниз, наконец-то передёрнул затвор.
«Хах... Чёрт... Впервые с Раккун Сити я встретил засранца, которого не смог одолеть».
Немного передохнув и утихомирив эмоции, он встал и пошёл на приблизившийся гул водопада, молясь, чтобы больше подобных встреч на пути не было.

***

Луис впопыхах покинул ферму, находящуюся неподалёку от деревни, и на секунду остановился, чтобы перевести дыхание. Он знал, что его дом находится прямо впереди, но он бежал уже так долго, что ещё пара метров, и он просто умрёт от усталости, и потому остановился перевести дух, хоть это и было черезчур рискованно. Луис знал, что Саддлер, Салазар и Мендез охотятся за ним, и если они его найдут, то на свете станет одним испанцем меньше. И он даже знал, каким. Они выяснили, что это он украл главный образец Плага и немного медикаментов ограничивающих его развитие. Луис уповал лишь на то, что сможет добраться до Леона и девушки ещё до того, как яйца успеют вылупиться и будет слишком поздно. А если Леон так и не сможет добраться до Эшли, если они вновь разминутся, если просто не получится... Ну что-ж, он делал всё, что было в его силах.
Когда он увидел Леона, лежащего без сознания на полу небольшой хибарки, куда Луис изредка забегал перекантоваться, то он было обрадовался, что половина дела сделана, и американец спасён. Но, увидев, что  с ним творится, радость мигом улетучилась. К сожалению, состояние, в котором пребывал Леон, подтвердило то, чего так боялся исследователь - яйца вылупились, и уже вылупившийся Plagas начал делать то, что ему удавалось лучше всего - прикреплял себя к центральной нервной системе хозяина. Лекарство могло лишь затормозить его взросление. Однако Луис был в бегах, и не мог оставаться надолго. Он также не собирался оставлять лекарство для американца, принимая во внимание то, что если кто-то другой придет сюда, то возьмет его. Да и ни к чему они ему, Луис надеялся найти Леона ещё до того, как вновь появится необходимость в лекарствах.
Недавно Луис выдвинул гипотезу о том, что как только паразиты достигают зрелости, то начинают общаться с королевой Plagas, которая на данный момент занимала тела трех человек, стоящих во главе Los Illuminados. Их генетическая структура отличалась от тех обычных Плага, которыми обычно заражали гонадо. Хозяин, содержащий в себе королеву Плага, сохранял полный контроль над своим телом и разумом, каким-то образом гармонизируя с резонирующей частотой королевы, позволяя им контролировать любого зараженного младшими Плага. Конечно, это было уже на грани с паранаукой - телепатические передачи информации от индивидуума к индивидууму. Это же невозможно! Но тут никто не глядел на этот факт.
-Главное, - вслух начал с полуулыбкой говорить Луис, - Этот америкос думает, что я - просто трусливый испашка, бегущий, чтобы спасти свою шкуру. Puto madre! Он же, по сути, мне жизнью обязан!
Теперь Луис направлялся обратно в свой дом, где хранилось почти все его данные и журналы с записями, если только не было шухера. Само собой разумеется, после того, как он поможет Леону и президенсткой дочке, ему ещё нужно было вернуться на остров, где находилось исследовательский комплекс. Именно в этом месте ему приказали отдать главный образец Плага той весьма симпатичной леди в красном платье. Она была невероятно сексуальной, однако Луисовский животный шарм не покорил ее, а жаль. Он обнаружил, что она перехватывала письма, которые он посылал из своей лаборатории. Они должны были попасть к другому ученому - хорошему другу Луиса и члену научного сообщества в университете в Испании. Он хорошо запомнил, что когда она наконец раскрыла себя и свои намерения, у него случился эмоциональный срыв. Наконец-то появился нормальный человек! Все это произошло как раз после того, как Луис понял истинные намерения Саддлера и готов был сдать и себя и весь культ полиции. Он осознал все свои прошлые ошибки и мечтал об искуплении. Собственная жадность завела его в этот кошмар, и теперь он просто обязан вернуть всё на места своя. 
А вместо этого ему приказали добыть главный образец паразита Плага. До сих пор мотивы этой женщины во всей этой суматохе оставались неясными. Об этом Луис рассчитывал с ней поговорить, когда увидит ее в следующий раз. На данный момент он надеялся, что найдет хотя бы временное убежище в своем доме. Он понимал, что там вовсе не безопасно, но всяко безопаснее, чем здесь. К тому же у него там были кое-какие дедовы оружия. Ослепляющая вспышка молнии испещрила небо, а следом прокатился раскат грома, эхом отозвавшийся по местности и заставивший Луиса подпрыгнуть от неожиданности. Дождь продолжал лить как из ведра, и промокший до нитки исследователь продолжил путь в сторону одинокого дома. 
Когда же он попал внутрь, то взял масляную лампу, висевшую над столом, повернул ручку и зажег пламя. Теплое, тусклое свечение значительно осветило комнату, и Луис зажег еще пару других. Теперь снаружи, можно было перепутать, что кто-то включил электрические лампочки.
Сама деревня находилась настолько далеко от любого крупного города, что в ней не было электричества. Такую роскошь могли позволить себе только богатые люди этого острова: Биторес Мендез, Рамон Салазар и Озмунд Саддлер. Однако островной исследовательский комплекс представлял собой полноценную, должным образом укомплектованную и функционирующую структуру, в которой имелось все хоть каким-то образом связанное с наукой. Луис вырос в деревне и провел там же большую часть своей жизни. Люди просто учатся обходиться без большинства современных удобств, что действует даже лучше, чем они думают. Человек живёт активной жизнью и не дает поглотить себя удобствам современной жизни, которые ведут к лени и медлительности.
Осмотрев единственную большую комнату на первом этаже, он радостно обнаружил, что после него тут никого не было. Все до сих пор осталось нетронутым. Во всех книжных шкафах на полках до сих пор стояли покрывшиеся пылью книги. Луис отправился на второй этаж, который также состоял из одной единственной комнаты. Она служила исследователю и спальней и кабинетом. Он провел здесь уйму времени, продолжая свои исследования, часто засиживаясь до поздней ночи. Запалив масляную лампу у изголовья кровати, Луис к своему приятному удивлению заметил, что здесь тоже никто ничего не трогал. Он был почти уверен, что Мендез обыщет это место в поисках украденного главного образца Плага. Очевидно, они все знали про предательство Луиса, и, без сомнения, не собирались останавливаться, пока не поймают исследователя и насильно не введут ему яйцо паразита, или пока не убьют его. Зная Саддлера, Луис предположил, что тот предпочел бы оставить его в живых. Ведь он еще может пригодиться лорду, даже как его бессознательная марионетка. 
 «Ах, хорошо…, я могу слегка расслабиться. Дайте мне немного времени подумать».
Луис сел на свою так и не застланную кровать и, подперев голову руками, стал рассматривать потолок. Мысли хаотично витали в голове, тщетно стараясь собраться в единую картину происходищего.
 «Una quй mala noche… и бедный америкос, попавший в эту передрягу, тоже был инфицирован. А ведь он просто делал то, что требовала от него страна! Ну и вознагражденьице…, и опять же, мне всё расхлёбывать. Я и без него тут прекрасно справился бы!»
Луис потер воспаленное пятно на своей шее в том месте, где игла проколола его слегка загорелую кожу. Несколько часов назад ему сделали тот же «подарочек», что и Леону. Когда они разошлись путями с американским полицейским, то он узнал, что в церкви было припрятано немного вакцины - таблетки, которые Луис создал лично и снабдил ими Саддлера, хоть лорд и настаивал на том, что не было никакой необходимости в таком «глупом лекарстве». Он даже знал, где скрывали девушку, и, вероятно, где Саддлер или один из его прихвостней делает грязную работу над процессом ее «очищения». Луис осознавал, что главный Плага должен стать важной частью в их ритуале, и выкрал его из церкви прежде, чем они спохватились. Сера надеялся, что скоро спасёт обоих американцев, потом вновь столкнется с этой женщиной, отдаст ей образец, сможет спастись из этого кошмара и начнёт новую жизнь, хорошо и надолго усвоив жизненные уроки. Женится, понаделает детишек и будет учить их уму-разуму. Жадность и любопытство ослепили его, не дали разглядеть настоящие намерения злого и нехорошего Саддлера. Сейчас Луис платил за это дорогую цену.
Он залез в карман своих коричневых штанов и вытащил маленькую пробирку, свободно умещавшуюся у него на ладони. Внутри в скользкой фиолетовой полупрозрачной плещущейся жидкости находился крошечный, полностью созревший паразит Плага. Поскольку он не присоединился к хозяину, то сам по себе был безвреден. Луис пристально осматривал его, поворачивая пробирку и забавляясь наблюдением за тем, как бедный паразитик пытается справиться с тряской.
 «Посмотри, что ты наделал, mi amigo… Ты был плохим образцом, оченб плохим. Фу».
Луис положил трубчатую стеклянную пробирку в ящик своего ночного столика, оставляя паразита в темноте, где он, скорее всего, останется в живых. Женщине не понравится, если он принесет ей трупик. Лично Луис не видел в этом разницы, но если это поможет ему спастись - это того стоит. Даже в те секунды, когда он просто наблюдал за тем, как образец плавал в фиолетовой жиже, у него становилось тяжело на душе от печали и угрызений совести, ведь он понимал, что к этому кошмару привели именно его личные исследования. Несмотря на то, что он был уверенным атеистом, Луис чувствовал, что должен как-то искупить вину за свои ужасные деяния. Это послужило единственной причиной тому, что он решил в первую очередь оказать помощь американцам.
Луис залез в карман, чтобы достать маленькую емкость с теми замечательными белыми таблетками, и вдруг почувствовал, как от страха у него сводит живот.
«Только не это!».
Прощупав рукой весь карман, он обнаружил, что лекарства пропали. Луис начал потихой паниковать.
«Hijo de puta! Где же, черт возьми…. Я, должно быть, выронил их, когда убегал от гонадо. Проклятье! ПРОКЛЯТЬЕ!!!».
- Будь ты неладен! - громко и вслух крикнул Луис. За воплем практически сразу последовал оглушительный грохот грома.  
«Где же я мог их посеять? Минутку... Это же внутри замка Салазара. А это значит… Вот чёрт! ДЕРЬМО!!!».
В бешенстве и ярости Луис заскрежетал зубами, понимая, что если американец и девушка смогут выжить, ему придется найти для них лекарство. Значит, ему предстоит возвратиться в замок, что отложит его побег на ещё большой промежуток времени. Луис залез рукой в ящик стола, со злостью схватил оттуда образец Плага и был готов выбросить его, чтобы положить конец всему. Однако тут же он понял, что это ничего не решит. Даже если он избавится от образца, та женщина будет очень зла на него. Даже принимая во внимание, что Луис не знал ее достаточно хорошо, он превосходно разбирался в женщинах и понимал, что их лучше не выводить из себя. Хоть она и была горячей, сексуальной и всем своим видом заставляла мужчину желать себя, при этом имела оружие. Эмоциональное состояние Луиса на данный момент было слишком нестабильным, она знала это и находила в этом пользу для себя. 
Огромный поток эмоций оказался чересчур большим, чтобы молодой ученый мог с ним справиться, его сердце и разум подверглись мучениям невероятной вины. Луис тяжело упал на кровать, не выпуская из руки образец. От безвыходности он закрыл лицо ладонями и заплакал...

***

-Тянешь?
-Тяну!
-Тяни!!!
Леон и Луис крепко схватили Арка за щёки потянули в стороны.
-Х'атит. Я 'е скахал, как напи'ал, тах написал.
-Повтори, я не расслышал, - с издёвкой переспросил Луис, с хлопком отпустив Аркову щёку.
-Я же уже сказал, что...
Леон мгновенно нагнулся над Арком и начал растирать ему волосню на макушке.
-Может, хватит уже над ним издеваться? - спросила Леона и Луиса Эшли, забежавшая на кухню за мороженым. - Всё утро его мнёте.
-Неа, - с насмешкой сказал Луис, хлопнув Арка по ушам. Тот вскрикнул и подпрыгнул на стуле, но с ноутбука не встал. - Пока не перепишет, не отпустим гниду.
Эшли пожала плечами и побежала обратно к остальным в гостиную. Через секунду из кухни послышался пистолетный выстрел и чей-то дикий визг...

***

Промокший как собака Леон стоял перед дверью церкви, словно о чём-то задумавшись. Секунда, две, и он оглушительно чихнул. Громогласный чих прокатился по окрестностям и потонул в едва моросящем дождике. Агент шумно втянул сопли и приготовился пойти на второй заход.
Просто последнюю четверть часа он потратил, переправляясь под водопадом, ища этот самый "нужный предмет", убегая от всяких тварей и вновь переправляясь через то самое страшное озеро. Он не просто промок до нитки, пропитался ледяной водой как губка, чихал без передыху, у него поднялся жар, и, кажется, заработал гидрофобию.
Теперь же он стоял перед дверью церквушки, держа в руках какой-то металлический диск с замысловатым узором, по размерам идеально подходящий к двери. Леон всем сердцем надеялся, что этот предмет пропустит его в церковь. Он снова чихнул, утёр сопли и вставил диск в круглое углубление, которое находилось на двустворчатых дверях. Тут же раздался тихий утвердительный щелчок. Агент положил руку на дверь и толкнул её. Как только она поддалась, по его телу наконец-то прокатилась волна облегчения. Он наконец-то оказался в церкви Los Illuminados.
Зажженные канделябры около алтаря бросали на каменные стены неровный, мрачноватый свет. Леон, подняв пистолет с полупустой обоймой, пошёл мимо рядов скамеек, внимательно вглядываясь в продолговатые тени. Как ни странно, тут было тихо, и, что самое главное, тепло.
Справа и слева от агента в обход скамеек шли проходы, и, видимо, вели за каменную стену, у которой размещался алтарь. В помещении был второй этаж, на это указывал проход над его головой. С обеих сторон от возвышающейся платформы свисали флаги с вышитым по центру замысловатым символом церкви. Леон в очередной раз чихнул, сделал несколько шагов налево и заглянул в проход. Там он заметил лестницу, которая вела на второй этаж. Она была хорошо скрыта, и ее никто бы не разглядел, смотри он со стороны скамеек. Понимая, что у него нет другого выбора, Леон, беспрестанно чихая, прошел несколько метров и быстро взобрался по металлической лестнице наверх. Второй этаж представлял собой просто длинный, узкий путь, который вел вокруг по периметру церкви - ничего особенного. На уровне глаз Леона над дверями висел большой портрет. Он был похож на тот, который агент увидел в доме деревенского старосты, только значительно больший по размерам. Казалось, человек с величественным и строгим выражением лица не отводил своего пристального взора от агента, как будто знал, что его здесь быть не должно. Леон свернул за угол и оказался у деревянной двери, окованной коричневым от ржавчины металлом. Он посмотрел на неё красными от постоянных чихов глазами и понял, что это было последнее неиследованное место в церкви. Если Эшли тут, и её ещё не перевели, то она тут. Если же нет... «Давай сейчас не будем о грустном» - решил агент и решительно шагнул внутрь.
Первое, что он увидел - это то, что в него что-то стремительно летит. Затем он понял, что это - ножка табуретки, а потом сильный удар по переносице и дикий жар по всему лицу.
-ААА!!! МОЙ НОС!!!
- Не подходи ближе! - всхипнула девушка, забиваясь в угол. - Уходи!
-А бот бозьму и уйду! - обиженно прогундосил Леон, подняв голову и втягивая кровь.
Ответной реакции не последовало. Только жалкий плач эхом отдавал в полной тишине. Леон почувствовал угрызения совести за то, что наорал на совсем ещё девочку. Он втянул кровь носом и подошёл к ней.
- Ладно-ладно. Успокойся, - он понял, что пугает её видом своего массивного пистолета, и запихнул его обратно в кобуру. - Все будет в порядке.
Она испуганно взглянула на него широкими, насквозь заплаканными кариеми глазами.
- Меня зовут Леон, - он присел возле неё на одно колено и протянул ей руку. - Я здесь по приказу президента, чтобы спасти тебя.
Постоянные всхлипы прекратились, в глазах зажёгся радостный огонёк.
- Что? Мой… отец? - радостно прошептала девушка, не веря в своё спасение.
Леон усмехнулся.
- В яблочко. И я пришел, чтобы вытащить тебя отсюда.
Кеннеди успокаивающе поглаживал её по белокурой головке. Эшли с восхищением и благоговением смотрела на своего спасителя. Вновь наступила тишина. Эшли протянула свою ручку к мускулистой груди агента...
-Я на минутку, - оборвал идиллию Леон, встал, достал рацию и вызвал Ханниган.
Эшли чертыхнулась и чуть не упала.
-Ты бестактный! - обиженно подметила она, исподлобья смотря на Леона.
Тот с удивлением посмотрел на девушку, удивляясь, почему та обиделась. На рации тем временем вежливо кашлянула Ханниган.
- Ах, да! Это Леон. Я выполнил задание! - и улыбнулся во все свои тридцать два зуба.
Связная сдержанно улыбнулась.
- Отличная работа, Леон. Я прямо сейчас высылаю эвакуационный вертолёт.
- Где же наш пункт эвакуации?
- Кроме той тропы, которой вы попали сюда, есть еще одна. Двигаясь по ней, вы сможете выбраться из деревни. Вертолет подберет вас там.
- Понял, - ответил он.
- И, Леон, - Ханниган сквозь монитор указала на измочаленного донельзя агента, - У вас что-то с носом. Поэтому у вас насморк прошёл?
- Что? - вначале не понял Леон. Потом покрутил носом и убедился, что насморк прошёл. - Круто!
Связная улыбнулась, наблюдая за агентом.
-Ну, это был Леон. Конец связи.
Он засунул рацию обратно в карман.
- Пошли!
Агент помог девушке встать, вытащил пистолет из кобуры и они вместе торопливо зашагали обратно. Когда они обогнули угол, Леон быстро спустился вниз по лестнице и пошёл дальше, как обнаружил, что шагов Эшли сзади не слышно. Она стояла наверху, поставив одну ножку на перекладину и крепко держась за стену, боясь упасть.
- Давай! - сказал Леон. - Пошли!
- Не могу! - жалобно промямлила та. - Я высоты боюсь! Подожди чуть-чуть.
- Ты что, такая большая и высоты боишься?
Эшли не нашла, что ответить.
- Делай что хочешь, - сказал Леон и, развернувшись, быстрыми шагами направился к выходу.
- НЕТ! - громко закричала Эшли, возможно, даже слишком громко. - Хорошо… - дрожащим от страха сказала девушка. - Если я прыгну, ты же меня поймаешь?
Леон улыбнулся.
- Вот и молодец. Теперь поторопись! - Леон подошёл к лестнице. - У нас нет време...
- Не смотри!!! - завопила Эшли, припустив подолы миниюбки и отпрянув от дыры в полу, откуда глазел Леон.
- Ладно-ладно... - смутившись и отвернувшись, пробасил Леон.
Девушка помедлила еще несколько секунд, настолько сильно сжав костяшки пальцев, что до Леона донёсся едва слышный хруст. Она зажмурилась и, коротко взвизгнув, прыгнула прямо в руки Леону.
- Это вправду было так страшно? - иронично спросил он, приводя девушку в вертикальное положение. Та стыдливо покачала головой. - Хорошо, тогда пошли. 
- Вы никуда не идёте. Эта девчонка останется здесь.
Они обернулись и увидели человека, стоящего перед алтарём. Он был одет в тяжелую религиозную мантию, пошитую из темно-синей и фиолетовой тканей. Нездорово бледное лицо было едва видно из-под капюшона.
- Вы же с того портрета! - догадался Леон и окинул его вызывающим взглядом. Тот лишь улыбнулся.
- Если ты настолько туп, что еще не догадался, то меня зовут Озмунд Саддлер. Я - глава этой замечательной… религиозной общины. 
В его голосе был слышен сильный испанский акцент, но он хорошо говорил по-английски.
- Чего ты хочешь? - решительно задал вопрос Леон, не сводя взгляда с Саддлера, одной рукой целясь ему в грудь из пистолета, а другой придерживая любопытствующую Эшли за спиной.
Тот сделал несколько шагов вперед, а затем распростер руки в широком жесте.
- Всего лишь продемонстрировать всему миру нашу поразительную силу, - почти прокричал он, и его голос эхом отразился от блестящих стен.
Саддлер самодовольно усмехнулся, сверля своим пристальным взглядом обоих американцев, и сделал еще один шаг вперед.
- Соединенные Штаты слишком долго диктовали миру свой порядок, эту свою... "демократию". Поэтому мы похитили дочь президента, - с ложными извинениями в голосе протянул мужчина. - Мы поделимся с ней своей силой, а затем отправим обратно.
- Нет… - простонала Эшли, что-то вспоминая и потирая пятно на шее. - Кажется, они…
Леон утвердительно кивнул.
- Что ты с ней сделал?! - крикнул Леон на Саддлера, вскинув руку и прицелившись ему между глаз.
- Мы сделали ей небольшой… подарок, - и он громко захохотал зловещим триумфальным смехом. - Ох, ну и вечеринка начнется, когда она возвратится домой к любящему отцу!
Он утёр проступившие от смеха слёзы и, пройдясь вдоль алтаря, провёл по нему пальцем. Увидев на пальце пыль, он неодобрительно цокнул языком.
- Но перед этим, я подумал, что смогу поторговаться с президентом насчет некоторого денежного пожертвования. Инвестиции, если хотите так назвать. Верите или нет, но содержание этой церкви обходится не так уж дешево, как выглядит. 
- С одной верой и деньгами ты немногого добьешься, Саддлер, - огрызнулся Леон.
- Ох, кажется, я забыл сказать, - начал Саддлер, останавливаясь у алтаря, - мы сделали тебе ТАКОЙ ЖЕ подарок. 
Леон краем глаза увидел, как Эшли косится на пятно, проступающее у него на шее.
- О, я искренне надеюсь, что вам понравится наш маленький, но особый вклад, - продолжил Саддлер. - Когда яйца вылупятся, вы станете моими марионетками. Вы невольно будете делать абсолютно все, что я скажу. У меня будет полный контроль над вашим разумом! Ты сможешь вытирать посуду у меня на кухне, если сам не пойдёшь на брудершафт, - он снова уверенно рассмеялся. - Не кажется ли тебе, что это революционно новый способ распространения веры?
- А не пойти ли тебе в задницу? - выкрикнул Леон. - Мы уходим!
Одновременно с этим сзади что-то хлопнуло, и Леон увидел подошедших сзади двоих облачённых в тёмные мантии мужчин. У них в руках были старые, но на вид вполне работоспособные арбалеты.
-А теперь, - продолжил Саддлер. - Я прошу тебя убрать этот свой... пистолет, и не оказывать нам никакого сопротивления.
-Щас... - сказал Леон, переводя прицел с одного культиста на другого, но потом опустил пистолет и начал медленно опускать его к бедру.
-Великолепно! - протянул Саддлер.
А Леон тем временем нащупал висешую на поясе светошумовую гранату и, выдернув чеку, опустил её на пол. Раздался оглушительный хлопок и зал озарила ослепительная вспышка. Леон успел закрыть глаза Эшли рукой, и теперь та в шоке глядела вокруг.
-Ну же!!! - неслышно, одними губами прокричал Леон, схватив обескураженную девушку за руку и побежав к витражному окну. 
Послышался свист тетивы, и стрелы пролетели в считанных сантиметрах от голов американцев. Леон, почти добежав до окна, на бегу развернулся, крепко обхватил Эшли за талию и, подпрыгнув, ударился спиной об стекло. Раздался звон бьющегося витража, и через секунду Леон нашёл себя лежащим на сыром камне, придавленный сверху чем-то мягким и тёплым. Леон подумал, что план побега был без пяти минут гениален, если бы не был столь болезненнен.
- Ты в порядке? - спросил Эшли буравящего пространство агента.
Тот сел и схватился за звенящую голову.
- С тобой ведь всё в порядке? - обеспокоенно переспросила Эшли.
Леон, ощутив на спине и бёдрах с икрами миллиарды острых стекляшек, натянуто улыбнулся и поднял кверху большой палец.
- Не волнуйся, - утешительно произнес Леон. - Мы попали в эту передрягу, значит, сможем и выбраться из нее.
Эшли недоверчиво посмотрела на понемногу кренящегося в сторону и улыбающегося как придурок агента.

1.	Puto madre - Твою мать
2.	Una quй mala noche… - Какая ужасная ночь…